Дорога сквозь века:
от Пушечного двора до ЦДМ
Сегодня наш рассказ — не просто прогулка по улицам, а путешествие сквозь время. Мы остановимся у одного здания, которое вы все знаете. Огромного, нарядного, с громадными окнами и стеклянным куполом. Центральный детский магазин на Лубянке. Для кого-то это просто торговый центр, для кого-то — место, где в детстве покупали первую игрушку. А для меня — живая книга, каждая страница которой дышит историей. Если бы эти стены умели говорить, мы бы услышали не просто слова, а целую симфонию — из грохота пушек, звона купеческих касс, советских очередей и детского смеха. И поверьте, я эту симфонию слышу каждый раз, когда захожу внутрь.
Там, где ковали гром
Ещё Владимир Алексеевич Гиляровский, мой любимый летописец Москвы, описывал эти места в своих рассказах. Он знал все подвалы, все закоулки старой столицы. Там, где ещё чувствуется запах земли и векового камня. Когда я впервые прочёл, что под зданием ЦДМ лежат своды, построенные ещё в XIX веке, а может, и раньше, я загорелся идеей раскопать эту историю. И вот что я вам скажу. Улица Рождественка, которую мы все знаем, возникла в конце XIV века. Просто дорога к Богородице-Рождественскому женскому монастырю. Тихая, пыльная, с богомолками и крестьянскими телегами. Но уже меньше чем через сто лет здесь, на месте нынешнего детского магазина, загремел адский металл. Иван III, тот самый государь, что собирал русские земли, пригласил в Москву итальянца Аристотеля Фиораванти. Того самого, что построил Успенский собор в Кремле. Но между нами, Фиораванти был не только зодчим, но и военным инженером. И в 1475 году он основывает здесь Пушечную избу. Позже она разрослась до Пушечного двора — целого города в городе. Представьте себе конусообразную кирпичную башню, обнесённую высокой стеной. Внутри — литейные печи, кузницы, склады угля и металла. В центре — «анбар», главная литейная. Кругом снующие мастера: и русские, и иностранцы, с прокопчёнными лицами, в кожаных фартуках. Звон молотов, огонь, искры. Здесь, в этом пекле, в 1586 году мастер Андрей Чохов отливает ту самую Царь-пушку. Сорок тонн бронзы. Она до сих пор лежит в Кремле, и каждый раз, когда я прохожу мимо неё, я думаю: а ведь она родилась здесь, на месте, где сейчас продают плюшевых мишек.
Но знаете ли вы, что Чохов был не единственным? За сорок с лишним лет работы на Пушечном дворе он создал по документам более двадцати тяжёлых орудий. А первый русский оружейный мастер, упоминаемый в летописях, — Яков, в 1483 и 1485 годах отлил две медные пушки-пищали весом в 16 пудов каждая. И эти пушки, представьте, ещё почти 200 лет спустя, в 1667 году, применялись в боях! Одна из них, кстати, до сих пор хранится в Военно-историческом музее артиллерии в Санкт-Петербурге. Вот она, связь времён, воочию.
А ещё здесь отливали не только пушки, но и колокола. Шведский дипломат Пётр Петрей, бывший в Москве в 1617 году, писал:
«При реке же Неглинной… стоит и великокняжеская литейная, где льют большие орудия и колокола». И вот что интересно: в конце 1950-х, когда копали котлован под фундамент «Детского мира», археологи нашли на многометровой глубине колодец и остовы бревенчатых изб, а вокруг земля была сплошь перемешана со шлаком и березовым углём. Прямые следы тех самых древних плавок. Под ногами у нас с вами, когда мы ходим по магазину, лежат эти свидетельства огненной работы мастеров XVI века.
Это место часто горело. Летописец сообщает о пожаре 1547 года:
«Погорели за городом большой посад возле Неглимну, Пушечный двор, храм… Рождественская улица». Но восстанавливали снова, потому что без пушек Москве было никак. Так шли века. Шестнадцатый, семнадцатый — здесь гремело. Но к концу XVIII века производство стало угасать — подтянулись заводы на Туле, Урале. Пушечный двор превратился в склад оружия, а в 1803–1804 годах его и вовсе разобрали. И что осталось? Пустырь. Холм срезали, улицу Рождественку выпрямили, и на много лет здесь воцарилась пустота. В 1814 году даже хотели построить здесь собор в память о победе в Отечественной войне 1812 года, но заложили его на Воробьёвых горах.
Купеческий размах
Но пустырь в центре Москвы — это нонсенс, согласитесь. После пожара 1812 года началась новая жизнь. Землю начали распродавать под застройку. В 1821–1823 годах участок приобрели грузинские цесаревичи Ираклий и Окропир Георгиевичи, возвели здания с домовой церковью. А в конце 1870-х годов участок купил почётный гражданин, текстильный фабрикант Г. И. Хлудов, который заказал архитекторам перестройку.
И вот, в 1882–1883 годах, на месте бывшего пушечного ада вырос Лубянский пассаж. Архитектор — Александр Густавович Вейденбаум. Заказчик — купцы Алексеевы, люди с размахом. Торжественное освящение состоялось 25 сентября 1883 года. Они построили две остеклённые галереи с 70 «роскошно отделанными магазинами». Ткани, золото, чайный магазин Перлова — всё, что душе угодно. На антресолях — трактир «Дядя Кузя», где купцы обсуждали сделки и заключали контракты за чаем. А в подвале того самого трактира, куда, как я узнал, захаживали извозчики, ожидая седоков на Лубянской площади, визитной карточкой был… студень! Вот так: в самом центре, под роскошными галереями, извозчики ели студень. Это и есть живая Москва, где роскошь соседствовала с самым простым бытом.
И представьте: годовая арендная плата — 160 тысяч рублей! Это больше, чем бюджет любого уездного города. Вот она, купеческая Москва: шумная, жирная, пахнущая деньгами и восточными сладостями. Я всегда представляю себе этот пассаж в сумерках: газовые рожки зажигаются, витрины сверкают, прохожие в сюртуках и бостоновых пальто. Всё бурлит. И так — почти семь десятилетий.
Советская сказка
А потом — 1953 год. Сталина нет, страна затаила дыхание, и вдруг появляется идея: снести купеческий пассаж и построить главный детский универмаг страны. Инициатор — сам Анастас Микоян, человек, который знал толк в торговле и в чудесах. Он назвал это «детским ГУМом». Архитектор — Алексей Николаевич Душкин. Тот, кто построил «Маяковскую», «Площадь Революции» — гениальный мастер, который умел создавать праздник из бетона и стекла.
Но проектирование шло в условиях начавшейся борьбы с «излишествами». Хрущёв, говорят, заявил:
«Очень расточительно спроектирован “Детский мир”». Пришлось ужаться. Именно поэтому многие задумки, в том числе мозаичные панно знаменитого художника Павла Корина, так и не были реализованы. Но даже в ужатом виде здание поражало. Громадные четырёхэтажные арки-витражи — таких пролетов советская архитектура ещё не знала. При их создании впервые в СССР использовали алюминиевые профили. И конечно, эскалаторы — первый магазин в стране с эскалаторами! Строили в авральном режиме — всего за три года. Частично использовали фундамент и подвалы старого пассажа, торопились, экономили материалы, кирпич брали разномастный — кто знает, откуда. Но 6 июня 1957 года, аккурат к Всемирному фестивалю молодёжи и студентов, «Детский мир» распахнул свои двери. Москва, только что прорвавшая «железный занавес», наводнённая тысячами иностранцев, и вот открывается этот дворец детства — как символ светлого будущего. И тогда началась настоящая магия. Общая протяжённость прилавков составляла 2 километра! 825 рабочих мест, более 150 секций. Очереди стояли от Театрального проезда до Пушечной. В первый год работы товарооборот достиг 93 миллионов рублей — немыслимая сумма для тех лет. Кстати, в год открытия к товарам повышенного спроса относилась… игрушка «Буратино»! Представляете? Пластмассовый Буратино был мечтой каждого советского ребёнка.
Я помню, как моя мама рассказывала, что в 1960-х в «Детском мире» ввели самообслуживание. Это было что-то невероятное для советского человека — взять товар самому, без продавца. А с 1970-х годов у них появилась своя еженедельная газета. Вы только вдумайтесь: магазин с собственной прессой! Он стал чем-то большим, чем просто торговая точка. Он стал частью национальной идентичности. И конечно, старые механические часы. Те самые, что стояли в «Детском мире» и были для многих из нас волшебством. Каждый час у них начинали двигаться глазки, они «оживали», а затем начиналось кукольное представление. Дети воспринимали их как живое существо и с нетерпением ждали нового часа. Эти часы были символом, и, как мы увидим, они вернутся, но уже в новом обличье.
Возвращение из забвения — 31 марта 2015 года
А потом наступила новая эпоха. К 2008 году легендарный «Детский мир» обветшал, стал пёстрым и суетливым. 1 июля 2008 года его закрыли на реконструкцию. И началось… Семь лет, целых семь лет! Я каждый раз, проходя мимо, думал: ну что, снесут? Поставят очередной стеклянный монстр? Но, к моей огромной радости, власти и инвесторы — компания «Галс-Девелопмент» — приняли правильное решение. Они сохранили исторический фасад, ту самую «кукольную» стену Душкина. Использовали даже подлинную плитку 1957 года. А внутри всё перестроили заново. Высота центрального атриума достигла семи этажей, общая площадь выросла до 74 тысяч квадратных метров. 31 марта 2015 года. Я получил приглашение на официальную церемонию открытия. Утро было холодным, ветреным, срывался мартовский снег — но солнце то и дело выглядывало из-за туч ,Москва словно улыбалась. У входа уже собралась огромная толпа: журналисты с камерами, семьи с детьми, ветераны, которые помнили магазин с 1957 года, чиновники. И вот, ровно в полдень, перерезали красную ленточку. Мэр Москвы Сергей Собянин и глава ВТБ Андрей Костин вошли первыми. Следом — мы, сотни гостей. Я шёл и не верил своим глазам. Внутри всё сверкало! Стеклянный купол заливал светом центральный атриум — он стал выше и просторнее, чем я мог себе представить. И тут я увидел их — новые механические часы! Самые большие монументальные часы «Ракета», весом более 5 тонн. Мне сказали, что они сделаны Петродворцовым часовым заводом и, по заверениям создателей, должны идти без остановки целых 100 лет. Сто лет! Я стоял и смотрел на их циферблат, и меня накрыла такая волна эмоций… Я представил, что в 2115 году мои правнуки будут смотреть на эти часы и, возможно, вспоминать этот день. И кто-нибудь из них скажет: «А мой прадед был здесь, в день открытия».
Не подалеку с часами я увидел гигантскую 18-метровую конструкцию из LEGO. Дети уже визжали от восторга. А на верхнем этаже оборудовали смотровую площадку — оттуда открывался потрясающий вид на центр Москвы, на Кремль, на Лубянку. Я поднялся туда, и у меня перехватило дыхание: весь город был как на ладони.
Но самое трогательное, что меня поразило в тот день — это появление талисмана ЦДМ, медвежонка Роси. Мне рассказали историю: его прототипом стал самый обычный плюшевый мишка 1964 года, которого когда-то купили в старом «Детском мире». Вот видите, как всё закольцевалось. Старый мишка из 60-х стал символом нового магазина. Это и есть та самая нить, которая связывает все эпохи воедино. Помню, как я стоял в том атриуме, под новыми часами, слушал речи мэра и думал: «Господи, сколько я всего пережил в этом здании! Как ребёнок приходил с мамой за игрушками. Как потом, уже взрослым, привел своих детей. И вот я здесь, на открытии новой главы в истории этого места». Я сделал несколько фотографий — они теперь в моём семейном архиве. На одной из них запечатлены известные личности - наши современняки: Роман Рожниковский ресторатор и общественный деятель Москвы, поэт и композитор Григорий Гладков, актриса и ведущая Татьяна Веденеева. Запечатлев мгновения эпохи я с удовольствием делюсь этими моментами в фотогалереии - данной статьи.
Жизнь продолжается
С того самого дня, 31 марта 2015 года, ЦДМ живёт новой жизнью. Здесь проходят выставки, фестивали, праздники. В 2022 году на 65-летие магазина провели больше 50 мероприятий, которые посетил почти миллион человек. Место вновь стало центром притяжения, как и в лучшие свои годы. А в 2025 году магазин объявил о ребрендинге. Он хочет превратиться из торгового центра в настоящий «Центр впечатлений». Новый логотип, новый стиль, но с удивительным подходом: дизайнеры специально создали иллюстрации с эффектом старой печати, с «шумом» и «наезжающими» красками, чтобы вызвать у нас, взрослых, ту самую тонкую ностальгию по тому времени, когда ЦДМ только появился. Они хотят, чтобы мы чувствовали себя здесь так же, как в детстве — словно попали в настоящую сказку.
И знаете, у них это получается. Потому что, пройдя через огонь Пушечного двора, блеск купеческих лавок, советский энтузиазм и сложную эпоху перемен, это место сохранило главное — способность удивлять и радовать. Когда я смотрю на это здание сегодня, я вижу не просто магазин. Я вижу слои истории, наложенные друг на друга. Я вижу, как мастер Чохов отливает свою Царь-пушку, как купцы Алексеевы обсуждают планы пассажа, как Микоян говорит о «детском ГУМе», как сегодняшние дети с восторгом смотрят на гигантские часы. Все это — одно место. Всё это — наша общая память.
Я часто прихожу сюда с детьми. И пока они восторженно смотрят на гигантскую ракету из LEGO, я говорю им: «А вы знаете, под нашими ногами — старые своды, и когда-то здесь отливали пушки, а потом торговали золотом». Они не очень понимают, но я-то знаю: это место — мост между эпохами. Пушечный гром, купеческий звон монет, советские очереди и современный смех — всё переплелось здесь в один узел. И пока будет стоять это здание, будет жить и память Москвы. А мы, будем передавать её дальше. Потому что без прошлого нет будущего.
P.S. К этой статье прилагаются мои фотографии с официальной церемонии открытия обновлённого ЦДМ 31 марта 2015 года. На них — счастливые люди, новые часы «Ракета», эмоции и улыбки людей ставшими свидетелями новой истории.Иван Губанов, Москва, 2026 год.
